Какое счастье, что я в детстве-юности не читала Толкиена, и даже Грин мне не нравился своей утонченно взвешенной замарожанасцю. Любимым персонажем детства могу считать, пожалуй, Кабушкина. Он, кстати, был бландин и шокировал всяких партийных подпольщиков легкомысленные видом (если верить Новикову).
Еще один мой любимец - Александр Миронов, ученик самого Янки Мавра. "Дед Мавр" и "Ледовая одиссея" - о "Челюскин".
А еще у меня есть две любимые книги Ветхого Завета - о Руфь и про Иону. Но это прочитано в 18 лет.
Вообще же из книг, прочитанных в детстве, успаминаюцца такие, где сюжет сплятався с научно-популярными разъяснениями.
Так что мне легко - я не переживала предательство идеалов. По причине их отсутствия.

Хорошо встретиться со старые друзьями и увидеть, что они выросли, но не изменились.



Вываляць друг друга в сене


Или просто пообщаться.


Такое чувство будто и не было этого разрыва в много лет.

По поводу того, что наш татка занурывся в детские воспоминания, просто не могу не поделиться историей из книжки про Аленку (автор Н. Гузеева), которую наша Аленка последнее время очень любит и называет историей "о смешных мядьведикав ".

Пирог в ночной рубашке


Борчык зашел в комнату и увидел - его младший брат Герман сидел на Аленчынай шерстяным шкарпэтцы среди разбросанных игрушек и горько плакал.
- Что случилось? - Заволновался Борчык.
- Ничего-а-а-а. Просто-а-а-а.пи-пи-пи-жа-а-а. - От волнения Герман заикався.
- Я знаю, что ты плакса, - растерялся Борчык, - но я не знаю, как мне тебя успокоить.
- Но. пи-пи-же-же ... ма-ма-по-по ... ця-ця. - Захлебывался в рыдания Герман.
- Говори четко, я ничего не понял.
- Я и говорю-в - в четко-а-а, - плакал Герман, - пи-пи-же-же ... ма-ма-по-по ... ця-ця! ..
- Перестань, когда Пожалуйста, "пи-пи-же-же", - Борчык начал злиться, он понял, что ему нужны дополнительные нервы, своих не хватало. - Скажи нормально, без "мама-папа" и без "цяця". Ну, что ты хочешь?
- Пижаме-у - у - у, - тоненькая завыли Герман.
- С какого это времени тебе нужна пижаме? - Начал дапытвацца, едва стрымливаючыся, Борчык.
- С сегодняшнего времени-в - в ... С сегодняшнего-а-а-а ...
- И что же сегодня произошло? - Ильдяным голосом спросил Борчык.
- Аленка звонила ...
- И что в этом необычного? С этого всегда начинается ее день - с телефонных звонков, - раздражнена перебил Борчык.
- Она пригласила всех-всех! ... Всех своих друзей ...
- Пригласила? - И вот тут Борчык наконец по-настоящему расстроился. Он нахмурыв лоб, сосредоточился: "Ага, Аленка всех пригласила!? Куда? Зачем? А его? Забыла?! Как же так - он ничего не знает! Ничагусеньки! "
- Куда - пригласила?
- На ... пирог ... в пижаме! - Снова захныкав Герман тоненькие галаском.
- Подумаешь - на пирог пригласила! Это не первый раз, раньше ты из-за этого никогда не плакал.
- Я плачу, потому что на этот раз пирог ... в пижаме! ... Я так еще не пробовал ...
- В пижаме? ... Пирог?
- Та-ак! ... В пижаме и с жахалками! На пацю-в - в пригласила, на пацю-у - у!

Наконец, к Борчыка дошло, что с Германом разговаривать бяссэнсовна. "Наверное, от слез вся вата в его голове раскисла, и мысли в ней намокли, нечеткие стали. Странные слова говорит - течь, цяця ... Маленький еще ...", - рассуждал Борчык, чувствуя себя очень взрослым. Теплый и мягко Борчык в этот момент казался себе каменным и холодным. Он махнул головой и вышел из комнаты.

В кухне Аленка с бабушкой пекли пирог. Точнее - бабушка пекли, аАленка выполняла поручения: доставала, подавала, мешают, вытирали.
Борчык устроился на кухонь столе среди банок и мисок. Вскоре он, как и Аленка, был покрыт с головы до ног мукой.
- Буду купаць тебя, - сказала Аленка, акінуўшы Борчыка прыдзірлівым взглядом. - Только не сегодня. Сегодня не могу, завтра. Сегодня я занята.
- Я знаю, - надулся Борчык. - Ты гостей пригласила. На пирог в пижаме.
- Ну вот, ты уже знаешь. Так, пригласила! На пирог. Только не пирог в пижаме, а гости в пижаме. НЕ в костюмах, платьях или брюках, а в пижаме. Ведь я лажу "пижаме-пати".
- А что такое "течь"?
- Не "течь", а "пати". Кто же не знает, что такое "пижаме-пати"?! - Аленка начала объяснять. Оказалось, что "пати" - Это английское слово. Оно означает "вечеринка". Соответственно, "пижаме-пати" - вечеринка в пижаме. Аленка знала несколько английских слов, поскольку посещала кружок английского языка.
И вот сегодня к Аленки придут вечером Настя, Дина и Иван. Они будут кушать пирог в пижаме, потом лягут спать, выключать свет и будут в темноте рассказывать жахалки.
- И я хочу на пирог в пижаме! И Герман хочет. Так сильно хочет, что всю утро праплакав.
- Хорошо, приход, - Аленка была добродушная. - Но только в пижаме, - добавила она, хитро прымружывшы глаза.

- Герман! Герман! Не плачь! Я все взлагодив! - Борчык, спатнелы от счастья, заляцев в дицячы комнату. Прамоклы от слез Герман суши себя феном. - Нас пригласили тоже! Представляешь, нас также пригласили!
- На пацю?! - Герман выключил фен.
- Та-ак! Только на английском - "на пати". Это легкая ужин с пирогом в пижаме. Точнее, гости в пижаме. Здорово, да?
- Очень здорово! Только у меня нет пижаме. Я же тебе сразу сказал, что от сёньншняга времени мне нужна пижаме! А ты мне не поверил, думал, я маленький, капризы!
- Правда, а где же взять пижаме? - Борчыкава радость улятучылася, он почесал шапку лапой.
- Я не знаю. Давай пошив?
- Пошив?
- С бумажной салфетки, например. Или с белой насовки.
- Ты умеешь шить?
- Ня умею ...
Братья печально замавчыли. Герман постепенно начал трэсьці головой и папискваць. "Снова плачет", - переживал Борчык. Он взял пакет бумажных насовак, одну протянул Герману, вторую развернул, разгладив лапой. Подошел к зеркало, начал прикладывать к себе, с трудом пытаясь представить, как можно превратить насовку в пижамныя штаны.
"Могла бы сама нам пошить, - обиженно думал Борчык про Аленку. Он помнил, что на прошлый день рождения она получила в подарок детскую швейную машинку и обещала шить, шить, шить и шить. Шить для Борчыка, шить для Германа, шить для кукол и даже для бабушки. - Хорошо, что мы не беду, что нас при рождении одели в касьцюмы. А то ходили бы голые - дачакаешся от такой швеи! "
Герман, сдерживая слезы, грызть бумажную насовку, пока не прагрыз в середине дырку. Он выдвинувших в дыру лапу, потом голову.
Борчык внимательно посмотрел на Германа, задумался, о чем-то думая, и вдруг с торжественным Риком вылетел из комнаты.
В кухне он вскочил на Скамейка, потом на кухонный стол, прост Вт рассыпанюю муку, орехи и изюм, и радостно закричал:
- А можно - в ночной рубашке? Ну, пожалуйста, можно нам с Германом в ночной рубашке? Очень хочется на пацю!
-На пати! - Поправила Аленка. - Хорошо, можно и в рубашке, - махнула она рукой, перапэцканай тестом. - Делаю для вас исключение.

Ну, вот так и получилось, что Борчык с Германом пришли на "пижаме-пати" в ночных рубашках, сделанных из бумажных насовак, сколатых на плечах скрэпками для бумаги. Ради красоты они разрисовали рубашки разноцветными карандашами.
Аленка, Анастасия, Дина и Иван были в пижаме.

"Течь" прошла отлично - ели пирог, пили чай, много смеялись, потом легли спать в Аленчыным комнате. Кровать там был один, поэтому Дина и Настя легли на надувном матрасе, Иван залез в спальный мешок. Германа и Борчыка положили на грэлки, заполненные водой.
Когда погасили свет, начали рассказывать жахалки. Начинались они приблизительно одинаково: "В черном-черном лесу стоял черный-черный дом. В черном-черном доме был черный-черный комнату. В чорнм-черном комнате была черная-черная ящик ..."
- Жахалки какие ... смешны, совсем не страшные, - дiвився маленький Герман, ёрзаючы на грэлцы. - Ну, что может быть ужасного в лесу? Пусть даже черным! Подумаешь, черный дом! Или черный комнату!
Оканчивались жахалки, по мнению Германа, также не страшно - "всегда откуда-то выдвигалось черная рука и кричала дурным голосом" отдай мое сердце! "Но девушки вишчали от ужаса, а Иван перепуганы стонал" ой-ой-ой ".
- Ты ничего не понимаешь - во-первых, они дети, а НЕ медведя. А во-вторых, по правилам пижамнай вечеринки - нужно бояться. Просто боятся и все! - Отвечал Борчык. Ему было также не очень удобно лежать на грэлцы. Он все время сасьлизгвав из нее на пол. Но в Аленки падпахай спать сегодня было нельзя. Ведь когда рассказывают жахалки, нужно спать отдельно, иначе не так страшно.
Ночные рубашки из бумаги парвалися, но это уже было для Борчыка и Германа не важно. Главное, что их пригласили на "пирог в пижаме". Правда, у них получился "пирог в ночной рубашке. Короче, не "пижаме-пати", а "ночная рубашка-пати".





*

Пост белорусам, которые являются литвин. Например, говорить надо не: "Я был в четверг там-то", а: "Я был четверга там-то". Не: "Я ездил ... поеду ... на автобусе, на электрыццы ", но:" Я ездил, поеду ... автобусом, электричкой ".
PS. Получается, "не сейчас - так в четверг" - поговорка не работает. Слишком белорусский. Будет немного иначе: "Не сейчас - то четверга ".)) А где рифма?
PPS. И, конечно, знаем и помним, что на вопросы типа: "как маесься?" - Нужно отвечать: "Шиэк-тиэк", что переводится строго как "Кое-как".